Мы продолжаем буседу с Туфаном Миннуллиным, живым классиком татарской литературы, народным депутатом Госсовета РТ.

- Туфан Абдуллович, сейчас в мире обсуждаются процессы глобализации. 80% литературы в мире издается на английском языке. Почти вся мировая дипломатия идет на английском языке. Правда, начал выдвигаться вперед Китай. Китай, кстати, через 20 лет скорее всего обгонит США. Экономическое и культурное, демографическое наступление Китая на Россию порождает рост патриотических настроений в России, особенно в Москве. Процессы культурного развития все более рассматриваются с точки зрения безопасности России, силовых ведомств. То есть культура ставится на службу военной машине. Конечно, это не декларируется, но действия довольно красноречивы. Но для меня непонятно, как можно разрабатывать военную и патриотическую доктрину России без учета фактора многонациональности и многоконфессиональности России. Если через 15 лет половина армии России будет мусульманской, то как можно активизировать почти исключительно православный фактор в армии страны? Господствующая религия в России, конечно, православие, к исламу относятся в лучшем случае нейтрально, но настороженно. Под флагом модного ныне принципа глобализации сейчас пытаются вновь фактически реанимировать прежнюю царскую дореволюционную политику, так и не создав современной европейской модели межнациональных отношений в России.

- Сейчас много пишут, что мир развивается под флагом глобализма, мир идет по этому пути. Доказывают, что это естественный процесс. Национализм идет на спад, человечество идет к одному знаменателю. У меня другое мнение. Глобализм - неестественный процесс. Это придуманный процесс представителями той нации, которая хочет господствовать над миром. Под девизом, что глобализм - естественный процесс, мы можем потерять многие и многие уникальные культуры, народы. В первую очередь малочисленные народности. Агрессивно настроенные государства пытаются воспользоваться теорией глобализма, чтобы проглотить другие народы, государства. Глобализм считаю антиприродным процессом. Как мы теряем сейчас занесенных в Красную книгу животных, так же глобализм есть потеря человеческого разнообразия, которое украшает землю. Эти запреты обучения на национальном языке не случайны, это отношение. Все идет под видом глобализации. Я считаю, это преступление. Природа прекрасна своим разнообразием.

- В природе нет глобализма.

- Это действительно так. Я также не могу терпеть слово «космополит». Космополитизм – это отчуждение человека от человека, брата от брата. Мы представляем нации, народы. И космополитизм - тоже искусственное, выдуманное явление, люди без родины. Что такое мировые проблемы – это мы с вами, конкретные люди, а не абстрактные теории. Мы два брата – Рашит и Туфан. Космополитизм – это жизнь без любви к своему народу, миру, природе. Мне кажется, космополитизм придумали жалкие люди или это враги человечества. Я это слово терпеть не могу.

- Как вы относитесь к тюркскому театральному фестивалю «Науруз» и к принятому решению проводить его раз в два года?

- Я хотел бы, чтобы на «Науруз» тюркские театры приезжали каждый со своим национальным репертуаром. Например, если в Казань приезжает казахский театр и ставит «Гамлета» - мне это неинтересно. Мне хочется посмотреть оригинальную национальную драматургию. Вот это интересно. Может быть, нужны особые фестивали – зарубежных авторов. Но тюркский фестиваль должен особо сосредоточиться на репертуаре - каждый театр на своем языке с учетом своей драматургии. Я всегда хожу на «Науруз». И меня коробит, что там ставят не национальные пьесы, а берут мировой репертуар. Отдельно, я считаю, должен быть фестиваль по мировому репертуару, отдельно по русской драматургии, отдельно по национальным драматургиям. И меня коробит, что на «Наурузе» не отмечают драматургов. Даже появился у нас театровед, он осмелился заявить, что сейчас исключительно театр режиссера. Черта с два. Без драматурга театра нет. Режиссер может символы, пантомиму придумать, но слова он не сможет написать. Я недавно смотрел один спектакль, не скажу где, и там режиссер писал для драматурга - получилась полная чушь. Сразу видно, когда идет настоящий текст автора – это прекрасно, когда режиссер присобачил свои слова – там чушь. Драматург – это писатель, это совсем другая профессия, чем режиссер. Когда начинаются разные «оживляжи», танцы, пантомимы, получается представление, как обезьяны в зоопарке. Я это говорю не потому что татарин, националист, я от этого свободен. Мы однажды посмотрели хакасский театр. Было очень интересно. Или якутский театр. Но когда якуты привозят сюда Шекспира – неинтересно. Я не хочу видеть Отелло в японском виде.

- Какие пьесы считаете наиболее удавшимися?

- Я их не разделяю. Кстати, те, которые «с недостатками», я, может, больше люблю, как родители больше любят детей с недостатками, наверное, чувствуя свою вину перед ними.

- Трилогия, где пьеса «Чертов тост», «День рождения Миляуши» стоит особняком в вашем творчестве, она очень автобиографична.

- Для меня Тукай является эталоном. Тукай задает тон. У него есть строчки «Мы уходим, вы остаетесь». В моей поэтической трилогии есть три поэта. Убитый поэт всегда страшнее живого. Трех поэтов считаю убитыми – Тукай, Муса Джалиль, Хасан Туфан. Это великие поэты. И я написал трилогию о творчестве, о литературе, о человеке, о том, каким должен быть писатель. Но есть и современность. И я написал трилогию «День рождения Миляуши», «Прощайте», «Чертов тост» о современной интеллигенции, о своих друзьях, о выборе.

- Будущая пьеса «Президент» о Шаймиеве?

- Ясно, что это Шаймиев. Но я не могу подобрать жанр. Я не хочу писать публицистику. Возможно, я выберу притчу, введу туда сказочность. Но мне хочется это написать, потому что Шаймиев мне и как человек интересен, и то время, когда он работал. Много можно показать о жизни татар и России. Когда татары просыпаются. Когда татары живут, живут, живут тихо и мирно и вдруг просыпаются. Вдруг взрыв, с чем это связано? Они ищут свою историю, начинают искать свою судьбу – в чем закономерность этого движения, вечного? Это не просто всплеск. И в пугачевском восстании татары активно участвовали – потому что была идея освобождения. Почему татарские войска активно поддержали Октябрьскую революцию – потому что Ленин обещал самоопределение. Это была национально-освободительная борьба. Вахитов же не был большевиком. И как эта национальная мечта татар отражается в Шаймиеве – как он смог выстоять и сохранить мир с Россией? Такие идеи.

- Может, будет пьеса о татарстанском референдуме – Шаймиев всегда говорил, что ночь перед референдумом была самой тяжелой в его жизни, он готовился к аресту.

- Может, это будет год жизни президента, может быть, один день. У меня пока еще только желание есть написать. Это нужно писать. Может, даже в жанре романа. Но это должен быть философский роман, раздумья. Потому что просто так оценить Шаймиева – это неинтересно.

- Образ Шаймиева, конечно, интересно будет увидеть на сцене.

Беседовал Рашит АХМЕТОВ.

Читайте также:

• Календарь
• Новости
• Бугульма
• Анатолий Елдашев - лауреат
• Кинорежиссер

Both comments and pings are currently closed.