*

Китайское кино про людей

С 9 по 17 октября в Москве и Казани проходила «Неделя китайского кино». В рамках фестиваля были показаны 6 наиболее интересных картин современного кинематографа Поднебесной. Если для столицы проведение такого мероприятия – уже добрая традиция, то для Казани подобные события в новинку. Все шесть вечеров зал кинотеатра «Мир» был полон. Несмотря на свободный вход, в нем почти не было случайных зрителей: событие привлекло прежде всего востоковедов и специалистов в области кино; часть аудитории представляли сами выходцы из Китая.

Фестиваль открыла картина режиссера Хо Цзяньци «Девушка Нуань». Она легко ввела зрителя в мир неторопливого повествования и скромных фабул китайского кино. Главный герой Цзинхэ после десяти лет жизни в городе возвращается в родную деревню, где в юности у него были романтические отношения с девушкой Нуань. Когда-то он обещал забрать ее с собой. Но жизнь сложилась иначе, судьбы героев разошлись. И теперь их соединяет только бледная память. И это ностальгия не о любви, а о своей ушедшей юности. В несколько предложений укладывается вся фабула фильма. Но не его содержание. Картина продемонстрировало зрителю особую черту китайского кино: в нем мало действий и много переживаний.

Во второй фестивальный день казанский зритель увидел военную драму «Играть сбор», которая пару лет назад вышла в российский прокат под названием «Во имя чести». Картина рассказывает о событиях периода Гражданской войны в Китае. В основе сюжета фильма лежит реальный случай. Первая половина фильма посвящена сражениям в 1948 году между китайскими коммунистами и войсками Гоминьдана. Командир 9-й роты Гу Цзыди получает приказ оборонять заброшенную шахту до тех пор, пока не прозвучит сигнал горна. Хотя несколько бойцов говорили, что горн звучал, сам Гу Цзыди вследствие контузии ничего не слышал и запретил отступать. Через несколько дней все бойцы, кроме самого командира, погибают, не дождавшись сигнала к сбору. «Война не закончена, пока не похоронен последний солдат», — говорил Суворов. Во второй части картины показана жизнь Гу Цзыди годы спустя, ослепший и частично оглохший командир посвящает ее поиску места гибели «пропавшей без вести» роты. Авторы фильма, в котором нет эффектных взрывов и каскадерских трюков, совершили преступление против привычной современному зрителю зрелищности. Как и российский, китайский кинематограф пока не стоит вровень с Голливудом в этом отношении.

Однако думается, именно отсутствие возможности красиво показать антураж направляет внимание кинематографистов на содержание, что позволило им показать не только настоящее лицо войны, но и человека на ней – военного, сохранившего свои достоинство и честь.
Первая ассоциация, которая возникает у обычного зрителя, когда он слышит словосочетание «китайское кино», — это восточные боевые искусства. Действительно, огромное количество фильмов, произведенных в Китае, — это боевики, основным содержанием которых являются эффектные драки. Биографическая картина о мастере кунг фу «Ип Мань» показала казанскому зрителю потрясающие сцены-файтинги, но не ограничилась ими. Авторам фильма удалось хорошо поставить не только поединки, но и драматическую линию, доминирующую в фильме. Историю данной картины можно разделить на войну и мир. В первой, мирной части, герой живет в Фуошане, городе, славном своими школами боевых искусств. Ип Мань не берет учеников, проводит лишь легкие спарринги с друзьями, позволяющие обменяться опытом. В своем боевом искусстве он видит глубокую философию и считает, что следует его использовать только в целях защиты. Во второй части повествуется о годах японской оккупации. Ип Мань оказывается одним из немногих, кто даже в жесточайших условиях войны не забывает о чести, достоинстве и, конечно же, мудрости, которую несет в себе кунг фу.

Темы японской оккупации Китая также коснулся другой биографический фильм, представленный в рамках фестиваля, — «Мэй Ланьфан: Навсегда очарованный». Картина посвящена жизни актера музыкальной драмы, прославившегося исполнением женских ролей и противостоявшего японским интервентам. Сценарий довольно прост и содержит характерное для китайских фильмов разделение жизни героев на два этапа. В первой части картины Мэй Ланьфан показан в раннем возрасте, когда под руководством Учителя он только начинает постигать оперное мастерство. С годами его представления об искусстве стали противоречить тому, о чем говорил Мастер. Тогда они устраивают поединок – каждый играет три спектакля. Победителем – тем, кто собрал наибольшее число зрителей, — стал ученик. Во второй части фильма мы видим уже зрелого актера, успешно выступающего по всему миру. Японские интервенты хотят использовать популярность певца в агитационных целях, однако он всеми силами сопротивляется этому.

Следует отметить работу актера, сыгравшего главную роль, — Леон Лая, который сумел воплотить Мэй Ланьфана не только в жизни, но и на сцене. Великого китайского артиста считали своим гуру ведущие режиссеры мира — Мейерхольд, Эйзенштейн, Чаплин. Мэя Ланьфан, работавшего в традиционнейшем стиле, во многом сформировал язык западного кино и театра XX века. Показать его искусство, без сомнения, было самой сложной задачей фильма, с которой авторы успешно справились.

Особенно интересным показался фильм «Убить императора». Эта вольная интерпретация «Гамлета» сочетает в себе неторопливое китайское бытие и шекспировские страсти, стирает демаркационную линию «Восток-Запад» в человеческой природе. Сюжет тот же. Только действие происходит не в Дании, а в Китае, место матери Гертруды заняла бывшая возлюбленная Ван, а китайская Офелия не кончает самоубийством, а погибает в последней сцене. Принцу Ву Луаню не свойственны гамлетовская рефлексия и философские размышления. Эмоции он скрывает под маской танцора: гнев и любовь выражает в танце и боях. Отсутствие именно экстравертной философской составляющей, столь привычной для европейской культуры, не позволяет этому фильму стать вровень с «Ран» Куросавы, также снятой по трагедии Шекспира. Но, думается, это проблема именно европейского восприятия, а не картины.

Завершил фестиваль романтический фильм «Возможно, любовь». Повествует он о стyдeнте-кинeмaтoгpaфиcте Дoнге, который влюбляeтcя в нaчинaющyю aктpиcy Cyн Ha. Когда перед ней встает выбор: любовь или карьера, она предпочитает последнее и бpocaeт eгo. Судьба обоих в мире кино сложилась, и через несколько лет они встречаются на съемочной площадке. Чувства героев и их персонажей переплетаются, размывая границы между реальной жизнью и сценарием. «Возможно, любовь?», — думает зритель. Но голливудского хэппи-энда не случилось, после съемок бывшие возлюбленные расходятся. Это первый мюзикл, созданный в Китае за последние 40 лет. Он не уступает своим американским аналогам. Следует отметить интересный саундтрек и хорошую постановку танцев.

В рамках «Недели китайского кино» были показаны шесть киноисторий. Они повествуют о любви и страсти, чести и доблести, мудрости и таланте — о том, что отличает человека. Хорошее кино всегда рассказывает о людях, потому понятно в любой точке земного шара. Живая реакция казанских зрителей в кинотеатре «Мир» служит тому подтверждением.

Луиза БИКТИМИРОВА.


Заберите себе:

в Twitter в Facebook ВКонтакт В Google Buzz в ЖЖ В Мой Мир в Я.ру

Читайте также:

Прокомментируйте

C правилами комментирования соглашаюсь.